Фонд «Международный центр Северных конвоев»
(812) 322-38-84, +7(921) 952-07-77Санкт-Петербург, Косая линия В.О., д. 15А
Русский
facebook в контакте

Тони МакТайг, Ирландия

Автор: Полин Мэттьюс, дочь ветерана Северных конвоев Тони МакТайга.

Составлено для журнала The Cork Holly Bough. Перевод с английского (с сокращениями).

Человек с Мэгэзин Роуд

Тони МакТайг, из города Корк, Республика Ирландия, прожил удивительную и полную приключений жизнь. Однако он редко рассказывал об этом после того, как женился и прожил остаток своей жизни тихо и спокойно в Корке. Его дочь, Полин Меттьюс, знала об этом очень мало, пока она не провела собственное расследование.

Полин Меттьюс: Тони МакТайг с Мэгэзин Роуд ‒ кто бы мог подумать, что у него была настолько полная приключений жизнь? Кто бы мог подумать, что я, его единственный ребенок, буду настолько мало знать о ней? Почему он так мало рассказывал о своих подвигах и приключениях? Почему и как он совершил некоторые из них? Почему он не хвастался своей храбростью? Почему он не рассказывал о тех ужасах, которые ему пришлось пережить?

Он путешествовал по миру в 1930-х, 40-х и 50-х. Но самым большим приключением, если это можно так назвать, был его опыт выживания в Северной Атлантике в составе печально известного арктического конвоя PQ-17. Большинство транспортных судов были уничтожены Люфтваффе. Но Тони МакТайг выжил, почти 10 дней проведя без еды в спасательной шлюпке, недалеко от Северного полярного круга, в то время как вражеские самолеты пролетали в опасной близости, а подводные лодки скрывались под толщей ледяной воды.

Итак, Фрэнсис Энтони МакТайг родился в 1907 году и жил в Ардкуллен, Мэгэзин Роуд, Корк. Его семья была зажиточной и имела табачный магазин на улице Патрика. Юный Тони, похоже, с раннего возраста чувствовал в своем сердце тягу к приключениям. Он записался в Na Fianna Éireann, политическую молодежную организацию, которая была создана в Корке республиканцами.

Отец Тони МакТайга в дверях семейного табачного магазина.

В середине 1920-х годов он прошел обучение на офицера радиосвязи и получил свой первый сертификат Маркони (c 1919 г. все лица, управляющие радиотелеграфной аппаратурой на британском судоходстве, должны были иметь такие сертификаты о квалификации). В то время радиотехнология находилась в зачаточном состоянии, но рассматривалась как новая и прогрессивная. Впоследствии МакТайг некоторое время работал на лоцманских судах компании Cork Harbour Commissioners. Позже он перешел на работу в компанию Nederlandse Telegraaf Mij Radio-Holland. Эта компания предоставляла оборудование и операторов беспроводной связи для голландских судов. Во время работы в этой компании Тони МакТайг научился говорить по-фламандски.

 

Тони МакТайг.

После этого он на некоторое время вернулся в Ирландию и работал в Департаменте почты и телеграфа в г. Гори, а затем, в 1930-х годах, был прикомандирован к радиостанции на ирландском острове Валеншия. 12 апреля 1941 года, в самый разгар Второй мировой войны, МакТайг поступил на британское торговое судно «Болтон Касл» (SS Bolton Castle), в Саут-Шилдсе в качестве главного радиста.

Тони МакТайг, старший радист судна «Болтон Касл».

Спустя много лет дочь Тони МакТайга задает себе вопрос: почему ее отец решился на это, когда война в Атлантике была настолько смертоносной? В то время это был смертельно опасный поступок, и ее отец наверняка знал об опасности: как офицер-радист, он должен был быть знаком со многими военными радиопередачами, связанными с войной.

В любом случае, он успел совершить на «Болтон Касл» несколько коротких безопасных путешествий, в том числе в Сьерра-Леоне, когда в мае 1942 года судно было направлено в состав арктического конвоя под кодовым названием PQ-17. В качестве старшего радиста судна «Болтон Касл», МакТайг отправился в Хвалфьорд, Исландия, чтобы встретиться с остальным составом судов злополучного PQ-17. 27 июня 1942 года конвой был готов к отплытию в СССР. Безусловно, МакТайг осознавал опасность, но его философией в то время было: «Если есть работа, ее необходимо выполнять».

Груз конвоя, в составе которого шел «Болтон Касл», включал примерно 300 самолетов, 600 танков, более 4 000 грузовиков и трейлеров, а общий груз превысил 150 000 тонн. Этого было более чем достаточно для полного оснащения армии численностью 50 000 человек. В период с августа 1941 года по май 1945 года было проведено 78 таких конвоев.

Команды грузовых судов PQ-17 и других конвоев были представлены гражданскими моряками в возрасте от 17 до 65 лет. Эти люди не имели военной подготовки, и многие из них ранее были на маршрутах в Карибский бассейн, США, Индию, Южную Африку и т.д. Для участия в конвое им выдали верхнюю одежду и головные уборы, которые, однако, не были предназначены для арктических условий. Зарплата была очень низкой для многих членов экипажа ‒ около 10 фунтов в месяц и, если судно тонуло, жалованье немедленно прекращалось, даже для выживших моряков. При попадании снарядов или торпед противника в транспортное судно, моряки могли получить ранения в огне или уже находясь в воде, но, хуже того, они могли быть оставлены в таком положении остальным конвоем, так как конвой был обязан двигаться дальше, не останавливаясь.

Летом в Арктике, рядом с Арктическим кругом, суда становились особенно уязвимы – а конвой PQ-17 как раз начал свой путь в июне. Огибая северную оконечность Норвегии, конвои становились доступны для атак одной из самых больших в мире концентраций немецких подлодок, военных судов и самолетов. Строгий приказ запрещал останавливать любое судно даже на мгновение из-за страха быть атакованным немецкими подлодками. Люди, упавшие за борт, или выжившие после крушения судна, должны были быть оставлены. Каждый конвой фактически бросал вызов смерти.

Принцип работы конвоев заключался в том, что торговые суда шли строем. На PQ-17 вместе с «Болтон Касл» было 34 торговых судна. Их должны были сопровождать военные корабли, формируя оборонительный кордон вокруг торговых судов и обеспечить их безопасность. В составе PQ-17 было шесть эсминцев и 15 других вооруженных судов, включая зенитные корабли, вооруженные траулеры, подводные лодки, корветы.

Погода в Арктике всегда была проблемой для Северных конвоев. Шторм, открытое море, туман, снег и лед были привычными. Но привычная погода могла очень быстро стать катастрофической. Шторм превращался в полноценную атлантическую бурю, открытое море становилось чудовищным, туман становился настолько непроницаемым, что нос корабля не был виден с мостика, снег на верхних частях судна становился настолько тяжелым, что его вес мог серьезно угрожать остойчивости. В такую погоду просто удержать судно на курсе и избежать штормовых повреждений было сложной задачей. Однако хорошая погода была еще худшей альтернативой. Прекрасная видимость, спокойное море и яркое солнце создавали идеальные условия для того, чтобы враг мог заметить конвой с расстояния в несколько миль.

Уинстон Черчилль однажды описал Северные конвои как «самое страшное путешествие в мире». Однако моряки отправлялись туда, куда шли их суда.

PQ-17 первые пару дней двигался в относительно спокойной обстановке, но потом начался ужас: немецкие самолеты атаковали конвой и повредили 3 корабля. Ответным огнем были сбиты три немецких бомбардировщика, что на тот момент способствовало оптимизму.

Однако в Лондоне британское военное министерство получило разведданные о том, что немцы выдвинули со своей базы в Норвегии надводные корабли для атаки на PQ-17. Среди них, мог быть и легендарный «Тирпиц» ‒ самый современный военный корабль, который когда-либо видел мир. У объединенной защитной огневой мощи PQ-17 не было бы ни единого шанса. Вооружение, пушки, огневая мощь «Тирпица» превосходили все, что использовалось ранее.

Первым морским лордом Адмиралтейства в то время был адмирал сэр Альфред Дадли Пикмэн Роджерс Паунд, считавшийся весьма авторитарным. На этом этапе своей карьеры он был и весьма некомпетентен, хотя в то время это не признавалось. Он не прислушался к достоверной разведывательной информации и слепо последовал своим собственным планам. Проигнорировав информацию, указывавшую на то, что «Тирпиц» не находится в этом районе, он отдал ужасающий приказ:

«Конвою рассеяться!»

По сути, он приказал лишить торговые суда защиты, чтобы королевский военный флот мог спастись и отправиться домой. Это фактически означало, что торговый флот и гражданские моряки, не обученные никаким методам ведения войны и выполнявшие работу по приказу британского правительства, были оставлены в опасности и стали легкой мишенью для вражеских сил. Это был первый случай, когда подобное произошло с конвоем.

Несколько часов спустя в «Болтон Касл» попали три бомбы, которые взорвались посреди сотен тонн кордита. Удивительно, но жертв не было, однако корабль раскололся на две части и начал стремительно тонуть.

Вот здесь-то и начинается одна из немногих историй, рассказанных Тони МакТайгом своей дочери. Он рассказывал, что после попадания вражеских бомб все члены экипажа садились в спасательные шлюпки. Однако, он побежал назад через пылающий, тонущий корабль, чтобы забрать свой бумажник и шляпу. Дочь МакТайга, Полин, не сразу поняла, что «бумажник» на самом деле означал его холщовую сумку моряка, в которой были все его документы, паспорт, лицензия старшего радиста, увольнительная книжка и т.д. Все эти документы были бы незаменимы. Сейчас они находится в семье ветерана. По воспоминаниям Полин Мэттьюс, самое забавное, что эта история была рассказана ее отцом не в духе бравады ‒ скорее в самокритичной манере: «Какой же я был дурак ‒ все мои мысли были о бумажнике!».

К счастью, спасательные шлюпки уже были спущены на воду по приказу капитана Паско ‒ мужественного и бесстрашного лидера. Капитан Паско смог спасти десять пятигаллонных канистр с бензином, который были жизненно необходимы, так как на спасательных шлюпках были двигатели. У моряков также было небольшое количество еды и воды. В сильно перегруженных шлюпках они дрейфовали среди обломков и тел членов экипажей других судов, дыма и хаоса. Двадцать четыре из тридцати пяти кораблей конвоя PQ-17 были последовательно атакованы и уничтожены, более ста пятидесяти гражданских моряков этого конвоя погибли.

Все это время Тони МакТайг и его товарищи по команде плавали в Арктике в спасательной шлюпке, по колено в ледяной воде. В конце концов, пайки практически закончились, они были полностью во власти врага и сложившихся обстоятельств. Это продолжалось в течение 8 дней ‒ дрейф в ледяной воде, замерзшие, голодные, испуганные и брошенные моряки. Многие страдали от обморожений, особенно нижних конечностей, которые часто погружались в ледяную арктическую воду.

Затем, во второй половине 8-го дня дрейфа, чудесным образом появился небольшой российский патрульный катер. Русские быстро подняли МакТайга и других выживших на борт, где их накормили сосисками и дали запить большим количеством водки. На следующий день их высадили на берег на российской военно-морской базе в Полярном под Мурманском. Здесь они прошли медицинское обследование, и Тони МакТайг рекомендовали ампутировать ногу из-за обморожения, однако он отказался. К счастью, он оправился от обморожения и в дальнейшем не имел проблем с ногой.

МакТайг пробыл в Мурманске два месяца (без зарплаты ‒ ведь его корабль был потерян), пока его не назначили на другое судно. Он продолжал плавать в течение следующих десяти лет и совершил рейсы в Индию, Бирму, Австралию и многие другие места. Он женился в Корке в 1948 году. Полин Мэттьюс, дочь Тони МакТайга, выражает сожаление, что при жизни отца не узнала о его приключениях больше.

Полин Меттьюс: «К моему стыду, я знала очень мало о его приключениях, пока он был жив. Он просто не рассказывал о них. Может быть, это было слишком болезненно? Или я задавала недостаточно вопросов? Очень жаль…»

Тони МакТайг впоследствии был награжден правительством Великобритании семью медалями за заслуги вовремя Второй Мировой войны. По мнению его дочери, они хорошо смотрелись рядом с теми двумя, которые он получил за заслуги в Ирландской войне за независимость.

Тони МакТайг и коллекция медалей, которыми он был награжден за участие в Ирландской войне за независимость и за морскую службу во время Второй мировой войны.

Тони МакТайг после PQ 17

Тони МакТайг завершил карьеру в британском торговом флоте в сентябре 1952 года, после длительной поездки в Австралию. Он вернулся домой, в родной Корк, к жене и малышке Полин. Его ждала еще одна травма, но уже другого рода: почти два года и жена, и ребенок провели в больнице с туберкулезом. Жизнь в Корке в 1950-е годы была мрачной, и Тони пришлось нелегко. Оглядываясь назад, можно предположить, что он страдал от посттравматического стрессового расстройства. У Тони симптомом была чрезмерная зависимость от алкоголя на протяжении многих лет. В то время в Ирландии царила безработица, огромное количество людей эмигрировало в Великобританию в поисках работы на стройках и заводах.

В течение нескольких лет Тони было очень трудно найти работу. Карьера в британском торговом флоте, не только не считалась чем-то почетным, но и добавила ему проблем в жизни в независимой Ирландии. После долгих поисков он нашел работу в зимний период на гидроэлектростанции на реке Ли. Ему приходилось ездить по 2,5 часа от дома до работы на велосипеде ‒ в суровую зиму, без защитного снаряжения и необходимого количества сменной одежды дома. Жизнь была тяжелой, а семья ‒ бедной. В конце 1950-х годов он устроился на работу в организацию портовых комиссионеров Корка (сейчас это порт Корка). Сначала он был ночным сторожем на дноуглубительном судне «Лаф Махон», швартовавшемся на реке Ли. Каждый вечер к 8-ми часам, в любую погоду, он в одиночку плыл на веслах к судну и отрабатывал 12-часовую смену, возвращаясь обратно так же на лодке. В конце концов он получил работу охранника в главном штабе портовых комиссионеров Корка. Для него это была легкая и приятная смена деятельности, ему нравилось снова работать в сфере судоходства в чрезвычайно оживленном порту Корка. Тони МакТайг был общительным человеком, но это не всегда шло на пользу ему и его семье: экипажи причаливающих в доках судов часто дарили ему бутылки с алкоголем. Однако в 1966 году он принял внезапное решение больше никогда не притрагиваться к алкоголю и сдержал свое слово.

Тони МакТайг вышел на пенсию примерно в 1973 году и прожил остаток жизни тихо и спокойно в родном Корке. Он был заядлым читателем, обожал телевидение и часами пытался незаконно настроить каналы BBC, которые в то время не были доступны в Корке без специальных антенн. Тони пробовал всевозможные способы ‒ некоторые из них срабатывали, некоторые ‒ нет. Он любил коротковолновое радио, и постоянно возился с радиооборудованием. После войны он потерял всякий интерес к путешествиям и больше не выезжал никуда дальше местного лагеря отдыха «Батлинс».

Тони МакТайг обожал своего первого внука, Тони-младшего, но, к сожалению, не дожил до рождения внучки. В годы жизни в Корке он редко рассказывал о свей службе в торговом флоте и о печально известных Арктических конвоях, поэтому его храбрость и мужество во время войны оставались неизвестны большинству окружающих.

Полин Меттьюз: «Я очень сожалею о том, что при жизни отца не имела ни малейшего представления о тех испытаниях и приключениях, которые выпали на его долю. Я не понимала, с какими трудностями ему пришлось столкнуться в Арктических конвоях, не знала и о чудесной истории его спасения и выживания. Очень жаль»

 

Кэтрин МакТайг, Полин МакТайг и Фрэнсис Энтони МакТайг в день свадьбы Полин, 1973 год.

 

Фрэнсис Энтони МакТайг с дочерью Полин.

 

Фрэнсис Энтони МакТайг с внуком ‒ Тони-младшим.